День второй

Весь вечер семейство деликатно просило моего зятя помыть ноги. Не то чтобы сильно донимал аромат, совсем нет. Просто мне, как главе большого семейства, невыносима мысль, что мой зять ходит с не помытыми ногами. Я готов ему многое простить. Оставленный в туалете томик Вольтера, использование в подозрительных целях моего бритвенного станка, его "дизайнерское" озарение при починке моего антикварного кресла (которое он же сломал) в виде двух полосок зеленого скотча и прикрепленной таблички "лимит 50 кг". Так же ему прощается то , что, за глаза , он называет меня "Троцкий" .


Но немытые ноги... 


В девять часов мой внук отправляется в детскую , где его мать и бабки тратят последние силы на убаюкивание наследника. В этот час жизнь в квартире замирает. Любой звук считается преступлением и провоцирует появление в дверях детской моей сестры, которая (узнав, что виновником шума являюсь я) громким шепотом вопрошает - "Какая сво?".


И вот когда наступил зенит тишины, я слышу невнятные шлепки по квартире. Вариантов источника только два. Либо это мятежный дух моей тети Алисы, либо зять решил взять от жизни все , что есть в холодильнике. Поскольку рос я при социализме и соответственно атеизме, то привлекательную версию о домашнем приведении пришлось оставить. Я выглянул в коридор с заранее приготовленным суровым взором. И мой суровый взор натыкается на, естественно, зятя исполняющего сложный ритуальный танец по направлению к кухне.


Приглядевшись я понимаю, что он босиком и его ноги прилипают к полу . Он же старается приподнимать их таким образом , чтобы пятка отцеплялась от пола постепенно и не производила шлепка. 


Возле обеденного стола , зятя внезапно настигло озарение. Он взял со стола салфетки и приложил их к ступням. Салфетки моментально стали единым целым с его ногами и прекрасным шумоподавлением шагов. Так, с прилепленными к пяткам салфетками, он подошел к холодильнику, открыл дверцу и слабый свет осветил его завешанные очками, бесстыжие очи.


"Извращенец" - я даже не понял , что это мой сиплый шепот разрезал тишину. Зять подпрыгнул. Салфеточки на ногах трепыхнулись. Пакет кефира гулко хлопнул об пол.
"Какая сво?" - раздалось из детской.


А ведь мог просто помыть ноги. Извращенец.